Гвиго Шартрский. 4 ступени Lectio Divina

Гвиго Шартрский. 4 ступени Lectio Divina

Чтение без размышления сухо,

размышление без чтения ошибочно,

молитва без размышления прохладна,

размышление без молитвы бесплодно; 

благоговейная молитва обретает созерцание, а достижение созерцания без молитвы – либо редкостно, либо чудесно…

Чтение, будучи как бы основанием, идёт первым и, дав нам предмет, отсылает нас к размышлению. Размышление более тщательно исследует, чего следует желать; оно как бы выкапывает [ср. Притч 2, 4, Вульг], находит сокровище [cр. Мф 13, 44] и предъявляет его; но, поскольку само <размышление> не способно им завладеть, оно отсылает нас к молитве. Молитва, изо всех сил устремляясь к Богу, испрашивает сокровище – сладость созерцания.

 

Многие из нас хотели бы изменить свою внутреннюю жизнь, интенции, как говорит Владимир Владимирович Сорокин. Лично мне, с одной стороны, важна здесь практика самонаблюдения, например, через дневник, с другой, — обретение новых желаний, которые соответствуют Божьему замыслу. Третья ступень молитвенного чтения по брату Гвиго — один из путей к этому. 

Читайте прекрасную «Лествицу подвижников» брата Гвиго из монастыря, в котором снимался фильм «Великое безмолвие» ( о нем на кинопоиске).

В.С.

 

ЛЕСТВИЦА ЗАТВОРНИКОВ

 

  1. I. Послание господина Гвиго Картузианца брату Гервазию, о жизни созерцательной

 

Возлюбленному брату своему Гервазию — брат Гвиго: <желаю> радоваться во Господе.

Любить тебя, брат, я обязан по долгу, ибо ты первым начал любить меня; и не написать тебе в ответ я не могу, ибо ты пер­вым пригласил меня к этому своим письмом. Посему задумал я передать тебе некоторые пришедшие мне мысли о духовном упражнении затворников, дабы ты, изучивший сие на опыте лучше, нежели я — в рассуждениях, был судьёю и исправителем моих раздумий. Тебе первому по праву преподношу я эти начала нашего труда, дабы ты собрал первые плоды молодой посадки [ср. Пс. 143:12], которую, достохвально похитив из рабства у Фараона [ср. Исх. 13:14] и из любезного уединения, поместил ты в стройный боевой порядок [ср. Песн. 6:10], искусно привив к оливе ветвь, умело отсечённую от дикой маслины [ср. Рим 11:17-24].

 

  1. II. О четырех ступенях

 

Когда однажды, занятый телесным ручным трудом, начал я раз­думывать о духовном упражнении человека, тут же предстали размышляющему духу <моему> четыре духовные ступени, то есть: чтение (lectio), размышление (meditatio), молитва (oratio) и созерцание (contemplatio).

Такова лествица затворников, по коей поднимаются с зем­ли на небо. Ступеней на ней немного, но высота её громадна и невероятна: нижняя часть её упирается в землю, а верхняя про­низывает облака и разведывает сокровенные области неба [ср. Быт 28:12]. Эти ступени столь же несхожи между собою названиями и числом, сколь отличны они друг от друга своим порядком и зна­чительностью. Если кто-либо старательно рассмотрит их свой­ства и то, какое воздействие оказывает на нас каждая из них, чем отличаются они друг от друга и как возвышаются одна над другой — сколько бы труда при этом ни было затрачено, дело сие сочтено будет кратким и лёгким [ср. Быт 29:20] из-за великой <от того> пользы и сладости.

Чтение — это прилежное изучение Писаний с устремле­нием духа. Размышление — усердное действие ума, исследую­щее понятие скрытой истины под водительством собственного рассудка. Молитва — благочестивое устремление сердца к Богу ради устранения дурного или обретения блага. Созерца­ние — некое возвышение ума, воспарившего к Богу, над самим собою, вкушающее радости вечной сладости.

По завершении описания этих четырёх ступеней остаётся нам рассмотреть их воздействие на нас.

 

III. Каково воздействие, оказываемое вышеуказанными четырьмя ступенями

Чтение взыскует сладость блаженной жизни, размышление её находит, молитва её испрашивает, а созерцание — вкушает1. Чтение как бы целиком вкладывает в уста пищу, размышление разжёвывает её и размалывает, молитва — обретает вкус, а со­зерцание — это сама сладость, веселящая и подкрепляющая. Чтение — в кожице, размышление — в мякоти, молитва — в испрашивании желанного, созерцание — в услаждении обретён­ной сладостью. Чтобы это стало видно яснее, приведём один из многих примеров.

 

  1. IV. Воздействие чтения

В чтении слышу: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» [Мф. 5:8]. Вот слово краткое, но исполненное смысла сладостного и многообразного; дабы питать душу, оно будто бы попотчевало2 <её> виноградиной. Затем душа, тщательно рас­смотрев его, говорит сама себе: «Здесь может быть нечто бла­гое. Обращусь-ка я к сердцу своему и попробую: а вдруг сумею постичь и отыскать сию чистоту, коей обладатели зовутся бла­женными, коей обещано видение Бога, то есть жизнь вечная, каковая восхваляется столь многими свидетельствами Священ­ного Писания». Посему, желая лучше разъяснить для себя это, <душа> начинает разжёвывать и размалывать сию виноградину и как бы помещает её в давильню, в то же время побуждая ум к исследованию того, что такое эта столь драгоценная чистота и как её можно обрести.

 

  1. V. Воздействие размышления

Итак, начинается прилежное размышление. Оно не остаётся во­вне, не задерживается на поверхности; оно погружается глубже, проникает во внутреннее, рассматривает всё подробно. Внима­тельно раздумывает оно о том, что <Господь> говорит не «Бла­женны чистые телом», но «чистые сердцем», ибо недостаточно хранить руки не виноватыми в дурном деле [ср. Быт 37:22], если мы не очистимся в душе от дурных помыслов. Это подтверждает своим авторитетом пророк, говоря: «Кто взойдёт на гору Господню, или кто станет на святом месте Его? Тот, у которого руки неповинны и сердце чисто»3 [Пс. 23:3-4]. Равным образом раздумывает4 <оно> о том, сколь сильно желает сей чистоты сердца тот же пророк5, молясь так: «Сердце чистое со­твори во мне, Боже!» [Пс 50:12], и опять же: «Если я увидел беззаконие в сердце моём, не выслушает меня Господь» [Пс. 65:18, Вульг.]. Раздумывает6 <оно> о том, сколь старательно остерегался этого блаженный Иов, говоривший: «Завет положил я с глаза­ми моими, чтобы не помышлять мне о девице» [Иов 31:1]. Вот как строго удерживался святой муж, смежавший очи свои, дабы не видеть суеты [ср. Пс. 118:37] и ненароком, по неосторожности, не взглянуть на то, чего впоследствии невольно возжелает.

Разобрав эти и подобные им <соображения > о чистоте сердца, <размышление> начинает раздумывать о награде: сколь славно и усладительно видеть желанный лик Господа, <кото­рый> «прекраснее сынов человеческих» [Пс 44:3] — уже не презренного и невзрачного [ср. Ис. 53:2] и не в том виде, в который об­лекла его мать, но облачённого в одеяние бессмертия [ср. Сир. 6:32] и увенчанного короной, которую возложил на него Отец его в день воскресения и славы [ср. Песн. 3:11], в день, который «сотво­рил Господь» [Пс 117:24]. Оно (т. е. размышление) раздумывает7, что это видение принесёт насыщение, о коем говорит пророк: «Буду сыт, когда явится слава Твоя» [Пс 16:15, Вульг].

Видишь, как много сока вышло из малой ягодки, какой сильный огонь вспыхнул из искорки, как расплющился на на­ковальне размышления этот слиточек: «Блаженны чистые серд­цем, ибо они Бога узрят»? [Мф. 5:8] А как он мог бы ещё рас­плющиться, если бы за дело взялся какой-нибудь умелец! Ибо чувствую, что «колодезь глубок» [Ин. 4:11], а я пока что неучё­ный новичок и едва нашёл, чем зачерпнуть немного.

Воспламенённая этими факелами, побуждаемая этими же­ланиями, душа начинает предчувствовать сладость благовония, когда разбит алабастровый сосуд [ср. Мк. 14:3; Ин. 12:3] — ещё не вкусом, но как бы обонянием. И благодаря этому она понимает, сколь сладостно было бы испытать чувство этой чистоты, в размыш­лении о коей она познала такое веселие. Но что же ей делать? Она пылает желанием обладать, но не находит в себе никакого способа достичь обладания; и чем больше она ищет, тем боль­ше жаждет. Предаваясь размышлению, она предаётся и печали [ср. Еккл. 1:18], ибо не чувствует той сладости, которая, как указывает размышление, содержится в чистоте сердца — но вку­сить её <размышление> не даёт.

Ведь ни читающему, ни размышляющему не вкусить сей сладости, если не будет ему дано свыше [ср. Ин 19:11]. Ибо читать и размышлять могут как добродетельные, так и порочные; и даже языческие философы под водительством разума нашли, в чём состоит суть истинного блага. Но «они, познав Бога, не про­славили Его как Бога» [Рим. 1:21] и, самонадеянно полагаясь на собственные силы, говорили: «Язык наш мы возвеличим, губы наши при нас» [Пс. 11:5, Вульг] — и не удостоились воспринять то, что сумели увидеть. Они «осуетились в умствованиях своих» [Рим. 1:21), и «расточилась вся их мудрость» [Пс. 106:27, Вульг], которую при­несли им занятия человеческими науками, а не Дух мудрости, Который один только даёт истинную мудрость (sapientiam), то есть лакомое (sapidam) знание, веселящее и освежающее душу, в коей оно содержится, неоценимым вкусом (sapore). И о ней сказано: «Мудрость не войдёт в злокозненную душу» [Прем. 1:4, Вульг]. А она — от одного лишь Бога; и, как служение крещения Господь доверил многим, а власть и полномочие отпускать в крещении грехи удержал за одним Собою (отсюда Иоанн на­звал Его по этому свойству и сказал, уточняя: «Это Он — крестящий» [Ин. 1:33, Вульг]), так же мы можем сказать о Нём: это Он придаёт вкус мудрости и делает лакомым знание души. Речь дана всем, а му­дрость души — немногим, ибо Господь уделяет её, кому пожела­ет и когда пожелает [ср. 1 Кор. 12:11].

 

  1. Воздействие молитвы

Посему душа, видя, что желанной сладости познания и опыта сама она достичь не может и, чем сильнее устремляется она в «глубину сердца» [Пс. 63:7], тем более возвеличивается Бог8 [ср. Пс. 63:8, Вульг], смиряется и прибегает к молитве, говоря: «Госпо­ди, не видимый никому, кроме чистых сердцем! Вот я, читая и размышляя, исследую, какова истинная чистота сердца и как её можно обрести, дабы её посредством я могла бы хоть немного Тебя познать. Искала я лик Твой, Господи, лик Твой, Господи, искала я [ср. Пс. 26:8], долго размышляла я в сердце своём [ср. Пс. 76: 7], и в размышлении моём вспыхнул9 огонь [ср. Пс. 38:4] и желание пол­нее познать Тебя. Когда Ты преломляешь для меня хлеб Свя­щенного Писания [ср. Лк. 24:30-31], я познай Тебя в преломлении хлеба [ср. Лк. 24:35] и, чем больше Тебя узнаю, тем сильнее желаю знать Тебя: уже не в оболочке буквы, но в чувстве, по опыту. Прошу об этом, Господи, не ради заслуг моих, но по ми­лосердию Твоему. Ибо признаюсь, что я недостойная грешни­ца10; «но и псы едят крохи, которые падают со стола их господ» [Мф. 15:27]. Так дай же мне, Господи, залог будущего наследия, хотя бы каплю небесного дождя, дабы освежить меня, жажду­щую [ср. Лк. 16:24], ибо я пылаю любовью»11 [ср. Песн. 2:5].

 

VII. Воздействие созерцания

Вот этими и подобными огненными речами воспламеняет она своё желание, так выказывает своё состояние, такими закли­наниями призывает Жениха своего. Господь же, очи Которого обращены на праведников, а уши не только слышат их мольбы [ср. Пс. 33:16; 1 Петр. 3:12], но и вникают в их мольбы13, не дожидается, покуда она закончит речь14, но прерывает её на середине. Поспешно устремляется Он и спешит15 на помощь душе, охваченной желанием, окроплён­ный росою небесной сладости16, умащённый наилучшими бла­говониями. Утомлённую душу он подкрепляет, алчущую насы­щает, иссушённую напояет, о земном забыть заставляет и её, саму себя не помнящую, дивным образом умерщвляя — ожив­ляет и опьяняя — отрезвляет. И как в некоторых плотских де­лах душу настолько побеждает17 плотское вожделение, что она утрачивает всякий разум, и становится человек как бы целиком плотским, — так, наоборот, в этом вышнем созерцании плот­ские порывы настолько преодолеваются и поглощаются душой, что плоть ни в чём не противоречит духу, и становится человек как бы целиком духовным.

 

VIII. Знаки пришествия благодати

Но, Господи, как же мы узнаем, когда Ты это делаешь18, и ка­ков знак пришествия Твоего? [ср. Мф. 24:3] Может быть, вестники и свидетели этого утешения и этой радости — слёзы и возды­хания? Если так — это новое употребление слова <«утешение»> и непривычное его значение. Ибо какова связь утешения с воздыханиями, веселия — со слезами? Но нужно ли называть их слезами? Может, это скорее преизбыточествующее изобилие внутренней росы19, излившейся свыше как указание на внутреннее омовение, внешнего человека очищение? Как при крещении младенцев посредством внешнего омове­ния изображается и обозначается20 омовение человека21 вну­треннего, так и наоборот: из внутреннего омовения произойдёт очищение внешнее. О блаженные слёзы, благодаря которым очищаются внутренние пятна, благодаря которым затухают по­жары грехов! Блаженны вы, плачущие так, ибо засмеётесь [ср. Лк. 6:21; Мф. 5:4]. В этих слезах признай, душа, Жениха своего, обни­ми желанного, опьяняйся теперь потоком наслаждения [ср. Пс 35:9, Вульг.], пей из сосцов утешения молоко и мёд! [ср. Ис. 66:11]. Таковы дивные дары и утешения, которые принёс и доставил тебе Же­них твой, то есть рыдания и слёзы. Эти слёзы — напиток, ко­торый он предложил тебе в полной мере [ср. Пс 79:6]. Слёзы эти да будут тебе хлебом денно и нощно [ср. Пс. 41:4] — хлебом, «который укрепляет сердце человека»22 [Пс. 103:15], «слаще мёда и капель сота» [Пс 18:11]. О Господи Иисусе, если столь сладостны эти слёзы, вызываемые памятованием о Тебе и желанием Тебя, сколь же сладостна будет радость, приносимая лицезрением Тебя воочию? Если столь сладостно плакать по Тебе, сколь же сладостно будет радоваться Тебе?

Но зачем же обнародуем мы эти сокровенные беседы? По­чему эту неизреченную любовь пытаемся выразить расхожими словами? Неопытные этого не поймут, ибо они прочли бы это яснее в книге опыта, где учит само помазание23 [ср. 1 Ин. 2:27]. Иначе же внешняя буква ничем не полезна читающему: мало вкуса в чтении внешней буквы, если нет разъяснения, извле­кающего внутренний смысл из сердца.

 

  1. О том, как скрывается благодать

О душа, надолго растянули мы эту речь. Хорошо ведь было нам находиться здесь и вместе с Петром и с Иоанном созерцать славу Жениха24 и долго оставаться с Ним, если бы Он пожелал, чтобы было здесь не две и не три кущи [ср. Мф. 17:4], а одна, в которой мы были бы вместе, вместе веселились бы. Но вот уже говорит Же­них: «“Отпусти Меня, ибо взошла заря” [Быт. 32:26], ты уже по­лучила свет благодати и то “посещение”25, коего желала». Посе­му, дав благословение, повредив жилу на бёдрах26 и сменив имя «Иаков» на «Израиль» [ср. Быт. 32:25-32], удаляется ненадолго Жених, столь давно желанный и столь быстро ушедший. Удаляется Он, если говорить о вышереченном «посещении», о сладости созерцания; однако Он остаётся присутствовать, если говорить о руководстве, о благодати, о единении.

 

  1. О том, как временное сокрытие благодати идёт нам на пользу

Но не бойся, невеста, не отчаивайся, не думай, что тебя пре­зрели, если Жених ненадолго отвернёт от тебя лик свой. Всё это идёт тебе на пользу [ср. Рим 8:28]: и из прихода, и из ухода извле­чёшь ты выгоду. Ради тебя Он пришёл, ради тебя и ушёл. При­шёл Он для утешения, а ушёл из предосторожности: как бы в величии утешения27 ты не превознеслась [ср. 2 Кор. 12:7], как бы ты, если Жених всегда будет с тобой, не начала презирать своих со­товарищей и приписывать это утешение28 уже не благодати, но природе.

А ведь благодать эта уделяется, когда пожелает Жених и кому пожелает; ею не владеют, будто по наследственному пра­ву. Есть народная29 пословица: «чрезмерная близость порожда­ет презрение». Вот Он и уходит, дабы не навлечь на Себя пре­зрение чрезмерной назойливостью, чтобы, отсутствуя, был Он желаннее, чтобы желанного настойчивее упрашивали и чтобы, наконец, долго упрашиваемый, принят Он был с тем большей благодарностью. Кроме того, если бы всегда было с нами это утешение, каковое «в сравнении с тою славою, которая откро­ется в нас» [Рим. 8:18] является лишь гадательным и частичным [ср. 1 Кор. 13:12], то мы могли бы счесть, что наш постоянный град — здесь, и с меньшим рвением искали бы будущего [ср. Евр. 13:14].

Посему, дабы не сочли мы изгнание родиной, а залог — полным вознаграждением, Жених то приходит, то уходит, то принося утешение, то преображая всё в ложе30 болезни [ср. Пс. 40:4]. На краткий срок позволил Он нам вкусить, сколь Он сладо­стен [ср. Пс. 33:9, Вульг.], — и, прежде чем мы почувствовали это впол­не, удалился. И теперь Он, будто бы распахнув крылья, парит над нами и зовёт нас к полёту [ср. Втор. 32:11], словно говоря: «Ну вот, мало <ещё> вкусили вы, сколь Я приятен и сладостен! [ср. 1 Петр. 2:   3, Вульг.] Но если хотите полностью насытиться этой сладостью, бегите за Мною во благовонии умащений моих [ср. Песн. 1:3], обра­щайте сердца горб, где Я стою одесную Бога Отца [ср. Деян, 7:55]. Там увидите Меня [ср. Ин. 16:19] не в зеркале, не гадательно, а лицом к лицу [ср. 1 Кор. 13:12]31, и полностью “возрадуется сердце ваше, и радо­сти вашей никто не отнимет у вас ”» [Ин 16:22].

XI О том, как осторожно должна держаться душа после посещения благодати

Но берегись, невеста: когда нет с тобою Жениха, недалеко Он уходит; и, хоть ты его не видишь, Он-то тебя всегда ви­дит. Тело Его полно глаз спереди и сзади (Ср. Иез. 1:18], никогда не сумеешь ты от Него укрыться, ведь вокруг тебя — Его вестники, духи, прозорливейшие доносчики, чтобы смотреть за тем, как поведёшь ты себя в отсутствие Жениха, и обвинить тебя перед Ним, если заметят в тебе какие-нибудь признаки распущен­ности и развязности32. Ревнив Жених сей [ср. Исх. 34:14]: если вдруг примешь ты иного возлюбленного, если будешь стараться боль­ше понравиться другому, тут же уйдёт Он от тебя и отдаст пред­почтение другим девицам. Привередлив этот Жених, благоро­ден, богат, он «прекраснее сынов человеческих» [Пс. 44:3], и по­тому лишь красавицу удостоит Он быть Своей невестой. Если увидит Он в тебе пятно или порок (Ср. Ефес. 5:27], тут же отведёт от тебя глаза Свои [ср. Ис. 1:15]. Ведь Он не может выдержать никакой нечистоты. Так будь же непорочна, стыдлива и смиренна, дабы удостоиться частых посещений своего Жениха.

Боюсь, как бы не задержала тебя эта речь слишком долго, но к тому побуждает меня предмет, столь же плодотворный, сколь и сладостный; не по своей воле я растянул его, но сам невольно был затянут его сладостию.

 

XII. Краткое изложение вышесказанного

То, что было сказано пространно, будет лучше обозримо, если собрать всё это воедино; посему дадим краткое изложение глав­ного из вышесказанного. Как отмечалось в приведённых выше примерах, ты можешь увидеть, каким образом вышеуказанные ступени связаны друг с другом и как они предшествуют друг другу: и во времени, и в смысле причины.

Ибо чтение, будучи как бы основанием, идёт первым и, дав нам предмет, отсылает нас к размышлению. Размышление более тщательно исследует, чего следует желать; оно как бы выкапы­вает33 [ср. Притч. 2:4, Вульг.], находит сокровище [ср. Мф. 13:44] и предъяв­ляет его; но, поскольку само <размышление> не способно им завладеть, оно отсылает34 нас к молитве. Молитва, изо всех сил устремляясь к Богу, испрашивает сокровище — сладость созер­цания. А оно, придя, вознаграждает труды вышеуказанных трёх <ступеней>, опьяняя жаждущую душу росою небесной сладо­сти35. Чтение —упражнение во внешней области, размышление имеет дело со внутренним пониманием, молитва — с желанием, а созерцание — с тем, что выше всякого чувства. Первая сту­пень — для начинающих, вторая — для преуспевших, третья — для /л. 5г/ благоговейных, четвёртая — для блаженных.

 

XIII. Каким образом вышеуказанные ступени связаны друг с другом

Эти ступени связаны между собою и так услужают друг другу, одна другую взаимно замещая, что предшествующие без по­следующих либо мало полезны, либо вовсе бесполезны, а по­следующие без предшествующих либо вообще недостижимы, либо достижимы лишь изредка. Ибо что толку занимать время постоянным чтением, перелистывать деяния и писания святых, если мы, пережевав их и перемолов, не извлечём сок и, про­глотив его, не отправим в самую глубину сердца, дабы, исходя из этого, тщательно рассмотреть наше состояние и постараться совершать дела36 тех, чьи деяния мы желаем перечитывать?

Но как же станем мы об этом раздумывать и как сможем уберечься от того, чтобы, размышляя о чём-либо ложном или пустом, не передвинуть нам межи, проведённой святыми от­цами [ср. Притч. 22:28], если прежде мы не получим наставления на сей счёт либо из чтения, либо из слушания? Ведь слух — некая разновидность чтения; потому мы обычно говорим, что прочли не только те книги, которые читали сами себе и другим, но и те, которые услышали от наставников.

И опять же37: что пользы человеку, увидевшему благодаря размышлению, что нужно делать, если с помощью молитвы и по благодати Божией он не наберётся сил для того, чтобы это­го достичь? Ведь «всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов» [Иак. 1:17], без Коего мы ни­чего не можем38; Он Сам вершит в нас дела — правда, не совсем без нашего участия. «Ибо мы соработники у Бога» [1 Кор. 3:9], как говорит апостол. Ведь Бог желает, чтобы мы молились Ему; Он желает, чтобы мы раскрыли объятия39 нашей воли для бла­годати, пришедшей и стучащей у дверей [ср. Откр 3:20], и дали ей своё согласие.

Такого согласия требовал Он от самаритянки, говоря: «По­зови мужа твоего» [Ин. 4:16]. Он словно говорил: «Хочу излить на тебя благодать, а ты приложи свободную волю». Молитвы требовал Он от неё: «Если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую» [Ин. 4:10]. Услышав это, будто бы из чтения Господня40, женщина, получившая такое наставление, размыс­лила в сердце своём, что хорошо и полезно будет ей обрести эту воду. Потому, воспламенённая желанием обретения, обращает­ся она к молитве, говоря: «Господи! дай мне этой воды, чтобы мне больше не жаждать!»41 [ср. Ин. 4:15]

Вот как услышанное слово Господне и последовавшее за этим размышление побудило её к молитве. Как могла бы она быть настойчивой в просьбе, если бы прежде к ней не пришло размышление, и что дало бы ей предшествующее размышление42, если бы последующая молитва не испросила того, что предстало желанным? Потому, дабы размышление было плодотворным, нужно, чтобы за ним последовала благоговей­ная молитва, а сладость созерцания — это, можно сказать, итог молитвы.

 

XIV. Выводы из вышесказанного

Из этого мы можем сделать вывод, что чтение без размышления сухо, размышление без чтения43 ошибочно, молитва без раз­мышления прохладна, размышление без молитвы бесплодно; благоговейная молитва обретает созерцание, а достижение со­зерцания без молитвы — либо редкостно, либо чудесно.

Ибо Бог, власти Коего нет предела44, Чьё милосердие — на всех делах Его, порою воздвигает45 из камней сынов Аврааму [ср. Мф. 3:9], тогда как строптивых и упорствующих Он принуждает желать. Он, можно сказать, расточитель, который, как в народе говорят, «быка за рога тащит»46, когда вмешивается незваным, когда обрушивается на того, кто Его не искал.

Но, хотя мы и читаем о том, что это кое с кем случалось (например, с Павлом [см. Деян. 9] и с некоторыми другими), всё же не должны поэтому и мы рассчитывать на нечто такое, словно искушая Бога. Скорее нам нужно делать то, к чему мы обязаны, то есть читать и размышлять в законе Божием, молиться Ему47, чтобы Он помогал нам в нашей немощи [ср. Рим 8:26] и видел наше несовершенство. Ведь Он Сам учит нас этому, говоря: «Про­сите, и дано будет вам; ищите, и найдёте; стучите, и отворят вам» [Мф. 7:7]. Ибо ныне «Царство Небесное силою берётся, и употребляющие усилие восхищают его» [Мф. 11:12].

И вот, если провести вышеотмеченные различия, можно увидеть, как связаны друг с другом свойства вышеуказанных ступеней48 и какое воздействие оказывает на нас каждая из них. Блажен человек, чей дух, свободный от иных49 занятий, желает всегда находиться на этих ступенях; кто, продав всё, что имеет, покупает то поле, где спрятано желанное сокровище [ср. Мф. 13:44], а именно: быть свободным <от забот> и видеть, сколь сладостен Господь [ср. Пс. 33:9; Пс. 45:11, Вульг]. Поупражнявшись на первой ступе­ни, тщательно подумав на второй, исполнившись благоговения на третьей, а на четвёртой вознесшись выше самого себя, по этим подъёмам,  расположенным в его сердце, восходит он от добродетели к добродетели, пока не узрит Бога богов на Сионе [ср. Пс. 83:6-8, Вульг]. Блажен тот, кому дозволяется50 побыть на этой высшей ступени хотя бы краткое время, кто воистину может сказать: «И вот я чувствую благодать Божию51, вот я с Пе­тром и Иоанном созерцаю славу Его на горе 52, вот с Иаковом услаждаюсь объятиями прекрасной Рахили».

Но после этого созерцания, в котором был он вознесён до небес, надлежит ему поостеречься: как бы не рухнул он в са­мую пропасть в беспорядочном53 падении, как бы после такого «посещения»54 не обратился к распутным делам мира и к при­манкам плоти. Однако, поскольку нестойкое внимание души человеческой55 не может долго выдерживать сияние истинного света, пусть она плавно и чинно спустится на какую-либо из трёх ступеней, по которым прежде поднималась, и поперемен­но пребывает то на одной <ступени>, то на другой, согласно движению свободной воли и в зависимости от места и време­ни, ибо мне кажется, что Бог тем ближе, чем дальше <душа> от первой ступени. Но увы тебе, хрупкое и жалкое состояние человека!

Итак, под водительством разума и благодаря свидетель­ствам Писаний мы ясно видим, что совершенство блаженной жизни содержится в этих четырёх ступенях, и на них-то чело­век духовный должен постоянно упражняться. Но есть ли кто-нибудь, способный придерживаться этого жизненного пути?56 «Кто он? и мы прославим его» [Сир. 31:9]. Желать способны мно­гие, а вот совершать — немногие [ср. Рим. 7:18]. О, быть бы и нам в числе этих немногих!

 

  1. Четыре причины, отвлекающие нас от вышеуказанных ступеней

Есть, однако же, четыре причины, по большей части отвлека­ющие нас от этих ступеней, а именно: неизбежная необходи­мость, польза от доброго дела, человеческая слабость и мирская суета. Первая из них простительна, вторая переносима, третья достойна жалости, а четвёртая заслуживает порицания. И во­истину заслуживает она порицания: ведь тому, кого подобная причина отвлекает от его цели, лучше было бы вовсе не познать благодати57 Божией, нежели, познав её, отступить назад. Ибо какое у него будет «извинение во грехе своём»? [Ин. 15:22] Раз­ве не по справедливости сможет сказать ему Бог: «Что ещё должен был Я сделать для тебя и не сделал? [ср. Ис. 5:4] Тебя не было — и Я создал тебя, ты согрешил и сделался рабом58 дья­вола — и Я искупил тебя, ты блуждал по всему миру вместе с нечестивцами [ср. Пс. 11:9] — и Я избрал тебя [ср. Ис. 43:10] ; Я дал тебе милость в очах Моих и хотел сотворить у тебя обитель [ср. Ин. 14:23], а ты воистину презрел Меня, и не только речи Мои, но и Меня Самого отшвырнул прочь [ср. Пс. 49:17] и ходил вослед своим вожде­лениям» [ср. Сир. 18:30].

Но, Боже благой, сладостный и ласковый, друг любезный, мудрый советчик, крепкий помощник! Насколько бесчеловеч­но, насколько опрометчиво поступает тот, кто Тебя отталкива­ет, кто отстраняет от сердца своего столь смиренного и кротко­го гостя! Что за неудачный и пагубный обмен: отринуть своего Творца и принять превратные и вредоносные помыслы, и даже тайное жилище Святого Духа, то есть сокровенную глубину сердца, ещё недавно устремлявшую взоры к небесным радо­стям, столь быстро предать нечистым помыслам и на попрание свиньям! [ср. Мф. 7:6] В сердце ещё пылают следы Жениха — и вот уже вторгаются туда прелюбодейные желания.

Сколь же неприлично это и постыдно: уши, только что слы­шавшие слова, которые человеку и вымолвить нельзя [ср. 2 Кор. 12:4, Вульг], столь быстро склонять к выслушиванью баек [ср. 2 Тим. 4:4] и злословия; глаза, которые только что, как при крещении59, омыты были священными слезами, тут же обращать к суетным зрелищам; язык, который только что воспевал60 сладостную брачную песнь61, который огненными и убедительными рече­ниями примирял невесту с Женихом и вводил её «в дом пира»

[Песн. 2:4), снова обращать к непристойностям, к пустосло­вию, ко сплетению коварства [ср. Пс. 49:19] и ко злоречию! Да не будет этого с нами, Господи!62 Однако, если вдруг по слабости человеческой мы опять во всё это впадём, не станем тогда отчаиваться, но обратимся снова к милосердному врачу, Который «из праха поднимает бедного, из брения возвышает нищего» [Пс. 112:7], и Он, не желающий смерти грешника [ср. Иез. 33:11], снова ис­целит и излечит нас [ср. Ос. 6:2].

 

XVI. Итоги

Пора уже мне заканчивать63 своё послание. Будем же все молиться Господу, чтобы помехи, отвлекающие нас от Его со­зерцания, Он в настоящее время смягчил, а в будущем и вовсе устранил, ведя нас по вышеуказанным ступеням от до­бродетели к добродетели, покуда не узрим Бога богов на Сионе [ср. Пс. 83:8, Вульг.], где избранные уже не капля по капле, не время от времени вкушать будут сладость Божественного созерцания, но в потоке наслаждения [ср. Пс. 35:9, Вульг.] непрерывно будут испытывать радость, которую «никто не отнимет»64 [Ин. 16:22], и неизменный мир, мир в Нём Самом65 [ср. Пс. 4:9, Вульг.].

А ты, брат мой Гервазий, если когда-либо дано тебе будет свыше подняться по вышеуказанным ступеням66 на самый верх, вспомни обо мне и помолись за меня, когда будет тебе хорошо. Так одна занавесь тянет за собою другую [ср. Исх. 26], «и пусть слу­шающий скажет: Приди!» [Откр 22:17]67.

 

 

1 Созерцание — вкушает (contemplatio degustat). // В Me и Ut продолжение: «Потому и Сам Господь говорит: “Ищите — и обрящете; стучите — и вам отворят” (ср. Мф 7, 7; Лк 11, 9). Ищите, читая — и обрящете, размышляя; стучите, молясь — и отворят вам в созерцании» (Unde et ipse Dominus quaerite, inquit, et invenietis, pulsate et aperietur vobis. Quaerite legendo et invenietis meditando, pulsate orando et aperietur vobis contemplando).

2   Попотчевало (ministravit). // Me, Va: «потчует» (ministrat).

3   И сердце чисто (mundo corde). // В Du цитата продолжается: «кто не клялся душою своей напрасно и не божился ложно ближнему своему» (qui non accepit in vano animam suam, nec iuravit in dolo proximo suo).

4   Раздумывает (considerat). // Du, Pr, An: «Подумай» (considera).

5   Тот же пророк (idem propheta). // Me: «тот же Давид» (idem David).

6   Раздумывает (cogitat). // Ut, An, P1: «Подумай» (cogita).

7   Раздумывает (cogitat). // Da: «Пусть подумает» (cogitet).

8   Тем более возвеличивается Бог (tanto magis exaltatur Deus). // Трудное

место, толкуется по-разному. Ср. другие переводы — франц.: «Чем

выше она заносится, тем дальше от неё Бог»; англ.: «Чем          больше

принижает себя сердце, тем более возвеличивается Бог».

9   Вспыхнул (excrevit). // Me: «разгорится» (exardescet), точно по Вульг.

10 Недостойная грешница (indigna peccatrix). // An, P1 и Pa2: «недостойный грешник» (indignus peccator), т. е. речь ведётся уже не душой, а «самим» Гвиго.

11 Пылаю любовью (amore ardeo). // Du, Pa2: «изнемогаю от любви» (amore langueo), точно по Вульг.

12 Воздействие. В большинстве рукописей «effectus»; в Ut — «officium».

13 Мольбы (preces) … мольбы (preces). Тавтология — намеренная? Ср. ниже, прим. 4: Поспешно (festinus) .. спешит (festinus).

14 Закончит речь (sermonem finierit). // Du: «молитву» (orationem); Me. «мольбу» (precem); Ut. «покуда речь закончится» (sermo finiatur).

15 См. выше, прим. 2.

16 Росою небесной сладости (coelestis rore dulcedinis). // Vi: «сладостью росы» (roris dulcedine). Ср. ниже, гл. VIII, прим. 2; а также Размышление VIII (наст. изд., с. 81).

17 Побеждает (vincitur). // Vi: «побеждает и связывает» (convincitur et vincitur).

18 Делаешь (facis). // Pa2: «сделаешь» (feceris).

19 Внутренней росы (roris interioris). // Du, Pr, Me: «внутреннего разума» (rationis interioris). Ср. выше, гл. VII, прим. 5.

20 Обозначается (signatur). // Me: «очищается» (purgatur).

21 Человека (hominis). // Me: «духа» (animi).

22 «Который укрепляет сердце человека» (confirmantes cor hominis). Ср. ХИРазм, гл. XII (наст. изд, с. 107).

23 Помазание (unctio). // Du. «чтение» (lectio).

24 Жениха (sponsi). // Va: «Жениха—Бога» (sponsi Dei).

25 «Посещение» (visitationem). // Du «посещение благодати» (visitationem gratiae).

26 На бёдрах (femorum). // Du, Pr, Va, Me, An, P1, Pa2: «на бедре» (femoris).

27 Утешения (consolationis). // P1, Pa2: «откровения» (revelationis).

28 Утешение (consolationem). // Ur. «постоянное утешение» (continuam consolationem); Du, Pr, Va, Me, An, P1, Pa2: «постоянное “посещение”» (continuam visitationem).

29 Народная (vulgare). // Du. «Соломонова» (Salomonis).

30 Ложе (stratum). // Ur, Du, Pr, Va, Me, P1, Pa2: «наше ложе» (stratum nostrum).

31 Эту цитату Гвиго уже приводил чуть выше.

32 Это описание Жениха души поразительным образом напоминает даже не столько херувимов и колёса в Иез 1, 18 (что отмечают издатели) и Откр 4, 6. 8, сколько изображение Митры и его «шпионов» в авестийском гимне Митре (Яшт 10). Обсуждение этой неожиданной параллели см. в статье (наст. изд, с. 123-125).

33 Выкапывает (effodiens). // Va: «вскапывает поле» (agrum fodiens).

34 Отсылает (mittit). // Va: «побуждает» (incitat).

35 Росою небесной сладости (coelestis rore dulcedinis). Ср выше, гл. VII, прим. 5.

36 Совершать дела (opera agere). // Me: «подражать делам» (opera imitari).

37 Опять же (item). // Du. «Однако же» (sed tamen).

38 Не можем (nihil possumus). // Du, Pr, Va, Me, An, Pa2: «ничего не можем сделать» (nihil possumus facere).

39 Раскрыли объятия (sinum). // Du. «открыли знак (signum)».

40 Господня (Domini). // Du, Me: «Божия» (Dei).

41 Больше не жаждать! (ut non sitiam amplius). // Du добавляет. «и не приходить сюда черпать» (ut non veniam huc haurire).

42 Размышление (meditatio). // Da: «чтение» (lectio).

43 Без чтения (sine lectione). // Me: «без молитвы» (sine oratione).

44 Предела (terminus). // Me, P1, Pa2: «размера» (numerus); Du, Pr: «ни размера, ни предела» (numerus vel terminus).

45 Воздвигает (suscitat). // Pr: «воздвиг» (suscitavit); Du. «творит» (facit).

46 Тащит. Так в Du («trahit»); в других рукописях «tribuit». «доставляет» или «отдаёт».

47 Молиться Ему (orare ipsum). // Ur, Va, An, P1, Pa2: «любить Его» (amare ipsum).

48 Ступеней (graduum). // Va: «радостей» (gaudiorum).

49 Иных (caeteris). // Pr: «земных» (terrenis).

50 Дозволяется (conceditur). // Va: «<Ты> дозволяешь» (concedis).

51 Божию (Dei). // Me: «Господню» (Domini).

52 На горе (in monte). // Du. «в душе» (in mente).

53 Беспорядочном (inordinato). // Me: «неожиданном» (inopinato).

54 «Посещения» (visitationem). // Ut, Du, Pr, Va, Me, An, P1, Pa2: «видения Бога» (visionem Dei).

55 Нестойкое внимание ума человеческого (mentis humanae acies infirma). Ср «внимание ума» (mentis acies) в XIIРазм, гл. V, прим. 3.

56 Этого жизненного пути (vivendi tramitem). // Me: «этого пути видения» (videndi tramitem).

57 Благодати (gratiam). // Pr: «славы» (gloriam).

58 Рабом (servum). // Du «порождением» (germen).

59 Как при крещении (baptizati erant). // Ut, Du, Pr, Va, An. «как при новом крещении» (rebaptizati erant).

60 Воспевал (decantaverat). // P1: «воспевал Жениху» (sponso cantaverat).

61 Брачную песнь (epithalamium). Одно из свидетельств единого авторства двух трактатов Гвиго: ср. Х11Разм, гл. XII (наст. изд., с 87).

62 Господи (Domine). // Du «Господи Боже» (Domine Deus).

63 Мне… заканчивать (finem imponam). // Du, Pr, Va, Me, An, P1, Pa2: «нам … заканчивать» (finem imponamus).

64 «Никто не отнимет» (nemo tollet). // Me: «никто у них не отнимет» (nemo tollet ab eis).

65 Мир в Нём Самом (pacem in idipsum). Это можно, сказать, «печать мастера», которой Гвиго ознаменовал оба свои сочинения: ср. Х11Разм, гл. IV, прим. 11. Автор, неточно цитируя Вульгату, вкладывает в эти слова, выхваченные из контекста, некий свой, дорогой для него смысл — но именно поэтому перевести это нелегко. Ср. другие переводы: франц.: «мир в нём»; англ.: «мир Божий». Более подробно см. об этом: наст. изд., сс. 67 и 109.

66 Cтупеням (graduum). // Va: «на самый верх вышеуказанных радостей» (gaudiorum).

67 Далее в некоторых рукописях следуют добавления. Da: «Завершается послание Гвиго Картузианца, переписанное в году Господнем 1479 для братьев дома блаженной Варвары в Кёльне вышеотмеченного Ордена братом Конрадом де Сузатом. Молитесь за него». Du «Завершается лествица из четырёх ступеней святого Бернарда». ME: «Благодарение Богу». Pr, Va: «Аминь».

Добавить комментарий