К.Метена. Упущенные нюансы в изучении богословия апостола Павла: Христос и нехристиане

К.Метена. Упущенные нюансы в изучении богословия апостола Павла: Христос и нехристиане

Участник нашего сообщества в Fb К.Метена предлагает поразмышлять над отношением к спасению язычников согласно посланиям ап. Павла. Может ли человек, не обратившийся ко Христу и не исповедавший Его своим Господом и Спасителем, войти в Царство Божие? Статья предлагается для обсуждения, и автор и редакция блога будут рады вашим откликам.

Современная теология изо всех сил пытается доказать всему внешнему (относительно Церкви) миру, что христианство не исключает из числа спасаемых нехристиан, которые вели достойный и праведный образ жизни. Либеральные теологи любят жонглировать цитатой из Рим 2:14-16, не замечая, что она говорит о нравственном законе, но не о вечном Царстве Мессии. И, забегая вперед, поставим вопрос: Уместно ли ставить знак равенства между «спасением во Христе» и «спасением от осуждения в ад»? Итак, что же говорит Павел о Царстве Божьем?

Для Павла Царство Божье недостижимо никакими средствами человеческими, включая личную праведность. Что там праведность язычников? Даже безупречной праведности по Закону Моисея недостаточно для вхождение в жизнь Вечную (Флп 3:6; Евр 7:19). Красной нитью во всех его посланиях проходит тема инклюзивности спасения: спасение есть включение в бытие во Христа, это жизнь «во Христе». Без персонального и личного принятия Христа «жизни во Христе» быть не может в принципе. Это не противоречит тому, что утверждали позднее апологеты: Логос действовал и в язычниках, и в праведниках до Христа. Разумеется, Логос невоплощеный и невочеловечившийся действовал и продолжает действовать даже через неверующих. Но выше мы видели, что даже Закон Моисея (который тоже был Откровением Логоса) не может привести к вечному спасению, а потому говорить о «спасительности» той праведности, которая была и остается вне Христа просто нелогично. И приписать Павлу такую нелепую мысль, значит, отвергать всю его сотериологию.

Я считаю ключевыми для сотериологии Павла следующие слова:

«Плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, и тление не наследует нетления» (1Кор 15:50). Эти слова очень часто помещают в совершенно не свойственный им дискурс – в качестве попытки решить вопрос «каким будет воскресшее тело». Эту ошибку допустили гностики и повторил Ориген. На самом деле к вопросу о физиологии воскресших тел это не имеет ни малейшего отношения.

Семитская идеограмма «плоть и кровь» имеет значение «человек» (см. Мф 16:17). «»Плоть и кровь» – гебраизм, не употребляющийся в Ветхозаветных Писаниях, но часто встречающийся в раввинской литературе и в Новозаветных текстах. В Талмуде и Мидрашах человек, в противоположность Высочайшему Существу Бога, всегда называется «плотью и кровью». В Новозаветных Писаниях «плоть и кровь» также служит описательным выражением для обозначения плотского и смертного человека в его отличие от существ вечных и духовных»[1]. «На всех богодухновенных страницах «Плоть» обозначает тварное состояние. …Определить конкретного человека словом «плоть» только то и значит, что указать на его земное происхождение. …Равным образом и «жить по плоти» (2Кор 10:3; Гал 2:20; Флп 1:22; 1Пет 4:1) значит просто «жить на земле»»[2] и не обязательно связано с греховным образом жизни. Просто в сравнении с этой «жизнью по плоти» «жизнь в Духе» является сверхъестественным даром и возводит человека на более высокую ступеньку существования. Судя по контексту, мысль Павла должна быть понята так:

Павел говорит, что люди, получившие лишь естественное рождение и уже на том основании, что они люди – не могут войти в Царство Мессии (т.е. это царство не передается «по наследству»). Вхождение в пространство спасения есть всецелый дар Божий, который вручается людям через веру в Иисуса, как в обещанного Мессию и Спасителя. Повторимся еще раз, что к физиологии этот текст не имеет отношения, а потому делать из этого текста вывод, что в воскресение мертвых будет какая-то «бесплотная телесность», нелепо. Но с другой стороны, этот текст как раз радикально решает вопрос о спасении всех нехристиан: он решает этот вопрос отрицательно. Никто, не получив дар обновления во Христе, не может войти в Царство Мессии лишь на то основании, что он – человек («плоть и кровь»). Павел лишь заявляет: То, что ты – богозданная тварь и относишься к человеческому роду, не дает еще тебе права быть наследником Царства. Царство даруется только «во Христе», т.е. в личности Мессии. Спасение – не амнистия в суде, а включение в бытие Мессии, т.е. мессианское Таинство. Если «определить конкретного человека словом «плоть» только то и значит, что указать на его земное происхождение»[3], то разбираемые нами слова Павла только то и значат, что по «естественному праву» человек не наследует Вечного Царства Мессии. Здесь все предельно логично: тленное из себя самого не может породить нетление. И плоть из самой себя не может породить Царство Духа. Но (вынуждены еще раз повторить эту Истину) из этого текста вовсе не следует, что в Царство Бога войдут люди без своей плоти и крови. Речь была у Павла лишь о невозможности естественного наследования Царства Божьего человеком (и снова напомним, что семитская идеограмма «плоть и кровь» должна читаться как «человек»). Т.е., если перевести по смыслу этот текст, то слова Павла должны звучать так: «Человек не может сам по естественному порядку наследовать Царство Божье, как и тление не может – по логике вещей – вдруг стать наследником нетления». Но человек («плоть и кровь») становится субъектом Божественного чуда: Бог спасает человека, который осознал, что из самого себя, опираясь на естественные ресурсы, он не может постичь Бога. Такому человеку дается спасение как дар и как чудо. Т.е. Павел отрицает право естественного наследования, но не отрицает, что человек («плоть и кровь») войдет в Царство Божье не по естественному праву, а по дару Мессии. В таком случае человек («плоть и кровь») становится адресатом божественного чуда и сверхъестественного бытия. И тогда «плоть и кровь» (т.е. человек), входит в Царство Божье, получив возрождение в Духе Святом.

Здесь апостол Павел выражает ту же мысль, что и Христос, по свидетельству Иоанна Богослова: «Если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия» (Ин 3:3). Чтобы наследовать Царствие Божье недостаточно быть «хорошим человеком» («плотью и кровью»). Необходимо возродиться во Христе, «носить в себе образ небесного человека» (ср. 1Кор 15: 48-49). Павел вполне логичен: Царство Божье – не место в пространстве, а Сам Христос, Его плоть. Быть частичкой Тела Его, значит, быть включенным в славу Царствия Его.

Но если таково «радикальное решение» Павла по вопросу спасения человека, то какова же участь праведно поживших язычников, которые не были возрождены в Духе Святом?

Основная ошибка многих христианских теологов, что они ставят вопрос в плоскости «или – или»: или Царство Небесное – или ад. Но у Павла мы не встречаем такого радикализма. Он лишь утверждает, что в Царство Бога войдут только через веру и принятия Христа. Это логично. Но он не касается бытия тех, которые оказались на «естественном уровне» (т.е. остались просто «плотью и кровью») и не вошли в сверхъестественное измерение бытия. Он четко и ясно утверждает, что они – не наследники Царства, но он не добавляет тут же: «а потому все сгорят в геене огненной». Для него их судьба – тайна, которая находится во власти Мессии. В какой-то мере утверждение либеральных теологов справедливо: «они будут судимы по закону совести» (тут как раз актуально сказанное в Рим 2:14-16). Но эта «судимость» не означает, что их могут «включить по решению суда» в Царство Мессии. Нет. Для Павла, по кр. мере, такой вариант исключается. К людям, которые остались «плотью и кровью», не получив возрождение в Духе Святом, у Мессии свое отношение. Они останутся на своем уровне и будут судимы в соответствии с этим уровнем.

Мне кажется, что теологи, которые ставят альтернативу «Царство или ад», в чем-то правы, т.к. они оценивают собственные перспективы: для тех, кто уже возродился в Духе и принял Мессию как своего Господа, альтернатива действительно такова: или ад – или Царство Мессии. Т.е. христианин не может «раскреститься» и снова превратиться «просто в человека» («плоть и кровь»). Он уже вошел в сверхъестественное измерение и уже не может сказать, что «ничего сверхъестественного не было», а потому каждый христианин войдет или в славу спасенных, или в проклятие отступников. Но этот алгоритм не работает относительно нехристиан! Если хотите, «лимб» у Данте вполне может послужить вариацией на тему существования людей, не вошедших в Царство Мессии: Да, для людей, получивших возрождение во Христе, такое существование будет деградацией на ступеньку ниже, а значит, равнозначно осуждению. Но для тех, кто остались только «плотью и кровью» и которым неведомо сверхъестественное измерение бытия – это вполне естественное состояние.

В наше время, когда мы говорим не только о достоинстве человеческой личности, опирающейся на «естественное право», но и об эволюции природы человека, учение Павла может быть вполне вписано в этот дискурс: Да, человек («плоть и кровь») имеет свое достоинство и свои права именно по «естественному праву», даже не опираясь на религиозные Истины. Но религиозное измерение бытия есть своего рода «следующий этап эволюции», на который поднимает нас Иисус: в Нем и только в Нем человечество совершило (в синергии с Богом, разумеется) свой «виток» восхождения на следующую ступень.

 

© Косьма Метена

 

 

[1] Иларион (Троицкий), сщмч. Краеугольный камень Церкви // Творения в 3-х тт. М. «Сретенский монастырь», 2004, т. 2, с. 268.

[2] Плоть // СББ (Дюфур), с.803, 804.

[3] Плоть // СББ (Дюфур), с.803, 804.

5 thoughts on “К.Метена. Упущенные нюансы в изучении богословия апостола Павла: Христос и нехристиане

  1. У Павла я бы рассматривал еще 3 текста. 1 Кор. 5:13. 1 Кор. 15:28, 1 Тим. 4:10. Из Евангелия — безусловно Мф. 25, разные варианты понимания. Но если добавить 1 Петр. 4:18, то все становится сложнее. А я обращу внимание на текст И.Я.Грица «Народ Божий в контексте XXI века» http://blog.nasledie-college.ru/%D1%87%D1%82%D0%BE-%D1%82%D0%B0%D0%BA%D0%BE%D0%B5-%D0%BD%D0%B0%D1%80%D0%BE%D0%B4-%D0%B1%D0%BE%D0%B6%D0%B8%D0%B9-%D0%B2-%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D1%82%D0%B5%D0%BA%D1%81%D1%82%D0%B5-xxi-%D0%B2%D0%B5%D0%BA%D0%B0/

  2. Пять новозаветных цитат о будущем Суде

    Начну с Мф 25: там все-таки идет речь о «внутреннем дискурсе», т.е. текст адресован общине верующих, мол, если верите, но не живете в согласии с Божьей волей, то вера ваша не спасет вас. Знаю, что многие либеральные теологи из ответа праведников (ст. 37-39) делают неверный вывод, что это, де, были неверующие праведники, а потому и не знали о Христе. Но в таком случае и ответ грешников (ст. 44) может говорить, что они неверующие, т.е. в итоге получается, что верующих вообще нет. Смысл месседжа все же в ином: в том, что человек в этом мире не узнает Христа в повседневных событиях, но один с верою делает добро, зная Христа, но не думая, что делает это Ему, а другой (тоже считает себя знающим Бога), не творил дел добра, хотя и знал требование Бога: Ни праведники, ни грешники не говорят «мы ничего о Тебе не слышали, потому и не знали». Т.е. априори получается, что обе стороны – верующие, слышали, знали, но в неузнаваемом образе не послужили Ему от сердечной доброты. Т.е. эта сокрытость Христа в мире представляется как основа подвига верующих. Но, повторимся, что евангельский нарратив обращен к общине, да и притчи Христа не адресовались «никому, кроме погибших овец дома Израиля». Потому к дискурсу «Церковь и внешние» Мф 25 отношения иметь не может.

    1Петр 4:18 все-таки имеет контекст: «Ибо время начаться суду с дома Божия; если же прежде с нас [начнется], то какой конец непокоряющимся Евангелию Божию? И если праведник едва спасается, то нечестивый и грешный где явится?» (1Пет 4:17-18). Первый вопрос, разумеется, был риторическим: конец не покорившимся Евангелию – страшный конец! Потому как даже принявшим Евангелие страшно ожидать суда. Так же прошу обратить внимание на то, что термин «ἀσεβής» обозначал не этическую, а религиозную нечестивость, т.е. иноверца, непокорного Евангелию.

    «Ибо что мне судить и внешних? Не внутренних ли вы судите? Внешних же судит Бог. Итак, извергните развращенного из среды вас» (1Кор 5:12-13) (опять важен контекст!!!). О чем этот текст? О том ли, что Бог может оправдать внешних? Скорее контекст говорит об обратном: внутренние (т.е. христиане) представляют собою подсудную пастырям паству, а потому Павел имеет власть суда над ними. Но внешняя (относительно Церкви) среда – область осужденных, «принадлежащих миру сему». Мы их не судим, потому что знаем об их будущем (не сладком!). Поэтому апостол говорит: «извергните нечестивого из своей среды», т.е. сделайте его – как и всех иноверцев – «внешним» для Христианства. Как раз для 1Кор 5:12-13 коррелятами могут служить 1Пет 4:17-18 и, особенно, Ин 3:18.

    «Когда же все покорит Ему, тогда и Сам Сын покорится Покорившему все Ему, да будет Бог все во всем» (1Кор 15:28). Я думаю, всем известно, что этим словам посвящали целые диссертации еще в глубокой древности (Августин, к примеру). Одни отцы считали, что погибшие – это те, кто исключены из полноты бытия вместе с демонами (т.е. они уже не «все»). Другие считали, что явное Откровение Бога станет источником мук для тех, кто Его отверг (Исаак Сирин). В любом случае исключающем всеобщий апокатастасис этих слов коррелят – это 2Кор 5:10: «Всем нам должно явиться пред судилище Христово, чтобы каждому получить [соответственно тому], что он делал, живя в теле, доброе или худое». Заметим, опять же, «нам», т.е. христианам (адресаты – христиане, а не язычники, а потому и расширять границы послания и распространять это «нам» на язычников будет слишком большой вольностью).

    «…уповаем на Бога живаго, Который есть Спаситель всех человеков, а наипаче верных» (1Тим 4:10). Понимать, разумеется, следует в общем контексте мысли Павла. Т.е. я согласен со Златоустом и Августином, которые заявляют, что для «всех человеком» Он является потенциальным Спасителем (источником призывающей ко спасению благодати), а вот актуальным спасителем Он может быть только для тех, кто откликнулся на призыв и принял Его. В любом случае и тут коррелятом служат слова в этом же послании: «…угодно Спасителю нашему Богу, Который хочет (!), чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1Тим 2:3-4).

    RESUME
    Все приведенные тексты не могут ни в целом, ни взятые порознь, дать основания для веры в «спасение» (вхождение в Царство Бога) непросвещенных верой Христа. 10 лет назад я написал очерк «Что будет с неприглашенными»?, в котором излагал мнение, что они будут спасены через принятие Христа между всеобщим Воскресением и Судом. Сейчас я считаю такую идею фантасмагорией. А потому благодарен Метене за ту грань, которую он наметил: да, все, кто вне Христа в этом мире – останутся вне и в будущем веке. Но это не значит, что им, оставшимся на уровне естественного бытия (и не доросшим до сверхъестественного), мудрый Создатель не оставит возможности существования на том самом уровне, на котором они «застряли»! Не следует этих людей ни в Царство Бога «силком» «посмертно» впихивать, ни в ад загонять!

    1. Спасибо. О. Феогност, Ваши мысли весьма уместны, хорошее обсуждение!

      Когда я писал о сложности, то имел ввиду, что, имхо, в Новом Завете сосуществуют разные подходы к вопросу спасения. У ап. Петра — очень строго. У Павла — с большей надеждой. Может быть, это связано с тем, что один — пастырь, а другой — миссионер? Как впоследствии будут разные подходы у апологетов и Учителей Церкви.

      И, как вы сами замечаете, здесь уже начинаются интерпретации.
      Причем они зачастую связаны у отцов с тем, в какой ситуации кому сказать.
      В Лествице оригенизм с апокатастасисом сурово осужден. Но в ситуации, когда ты низвергаешься во глубину отчаяния, принимай мысль о милосердии Божием.
      Если рассуждать в такой парадигме, то лично для себя мне важно помнить: «Кому много дано (а Откровение веры — именно об этом), с того больше и спросится».
      А про других: «Кто ты, осуждающий чужого раба?»
      Здесь нет веры во спасение всех. Только надежда на Бога, и опасение судить прежде суда и похищать достоинство, принадлежащее только Богу.

      В 2009 году я встретился с двумя пастырями, которые с убежденностью публично утверждали, что спасутся только православные.
      Сначала я спросил их, как понимать слова свт. Филарета про то, что он не хочет судить о католиках, и что ни одну Церковь, исповедующую, яко Иисус есть Христос, он не дерзнет назвать ложной. Один из них ответил,что это ранний Филарет (интересно, почему же святитель позже публично не отрекся от своих слов?)
      Я спросил его — а как же китайцы, где больше миллиарда человек, но нет на материке православной миссии?
      Он, не сомневаясь, ответил, что они погибнут — ведь Бог знает их отклик, и если бы они были готовы откликнуться, он изменил бы всю историю ради них… И все это с такой характерной улыбкой…
      Я был шокирован — вот это взгляд на Бога! Но ведь они сваященнослужители, с большим пастырским опытом, может, я что-то не понимаю?
      От этой дискуссии было просто физически плохо.
      Пошел перелистывать Новый Завет, и успокоился только цитатой из послания к Тимофею.

      А к способам мыслить о судьбе неверующих я бы добавил К.С.Льюиса «Расторжение брака», где есть динамика (тут вам нечто близкое к серединному пути лимба — но на время), и судьбу юноши Эмета (говорящее имя!) из «Последней битвы» Хроник Нарнии.

      ============
      О чудо! Ступив за дверь, я увидел ясный солнечный свет, как сейчас, хотя снаружи все казалось черно. Но дивился я не более мгновения, ибо тут же пришлось защищаться против одного из наших людей. Едва я увидел его, замысел тархана и обезьяны стал мне ясен: его поставили здесь убивать всякого, кто войдёт, если это будет не посвященный в их тайну. Значит, человек этот тоже лжец и насмешник и не слуга Таш, и я с великой охотой сразил негодяя и выбросил его тело за дверь.
      Я посмотрел вокруг и увидел небо и просторные земли. Сладостное благоухание коснулось меня, и я сказал: «Клянусь богами, это дивное место. Наверное, я в стране Таш». И я пошёл искать её в этом удивительном краю.
      Так я шёл среди трав и цветов и благоуханных деревьев, как вдруг на узкой тропинке меж скал навстречу мне выпрыгнул огромный Лев, быстротою подобный страусу. Он был велик, как слон, с гривой, как чистое золото, и, как золото, расплавленное в печи, сверкали его глаза. Он был страшнее, чем огнедышащая гора Лагур, и красота его превосходила всё в этом мире, как роза перед прахом пустыни. Я пал к его ногам с единственной мыслью: «Пришел мой последний час, ибо Лев, достойный всяческих почестей, узнает, что я всю жизнь служил Таш, а не ему. И всё-таки лучше видеть Льва и умереть, чем быть Тисроком всего мира и не видеть его». Но Славный коснулся языком моего лба, склонив золотую голову, и сказал: «Радуйся, сын». Я же ответил: «Увы, повелитель, я не сын тебе, но слуга Таш». И он сказал мне: «Дитя, всё, что ты сделал для Таш, я зачту в службу мне». Тогда ради моей великой мечты о мудрости и знании я преодолел свой страх и спросил Славного, и сказал: «Владыка, правду ли говорил Обезьян, что ты и Таш – одно?» Лев зарычал так, что земля содрогнулась, но гневался он не на меня и сказал: «Это ложь. И не потому я принял твоё служение, что мы – одно, а потому, что мы – противоположны; я и она столь различны, что если служение мерзко, оно не может быть мне, а если служение не мерзко – не может быть ей. Итак, если кто-то клянётся именем Таш и держит клятву правды ради, мной он клянётся не ведая, и я вознагражу его. Если же кто совершит злое во имя моё, пусть говорит он: «Аслан», – Таш он служит и Таш примет его служение. Понял ли ты, дитя?» И я ответил: «Владыка, тебе ведомо, сколько я понял». И ещё я сказал, как побуждала меня истина: «Я ведь искал Таш во все дни мои». «Возлюбленный сын мой, – сказал мне Славный, – если б не ко мне ты стремился, ты не искал бы так долго и верно. Каждый находит то, что ищет на самом деле».
      И он дохнул на меня, и снял дрожь с моего тела, и принудил меня подняться на ноги. А потом сказал, что мы встретимся скоро, велел мне идти дальше вверх и дальше вглубь и, как вихрь, как золотой ураган, умчался прочь. С тех пор, о короли и леди, я бреду в поисках его, и блаженство моё так велико, что ослабляет меня, подобно ране. Это величайшее чудо, что он назвал меня возлюбленным, меня, который был как пёс…

  3. *** в Новом Завете сосуществуют разные подходы к вопросу спасения. У ап. Петра — очень строго. У Павла — с большей надеждой. Может быть, это связано с тем, что один — пастырь, а другой — миссионер? Как впоследствии будут разные подходы у апологетов и Учителей Церкви****

    1. Часто эта разность очень даже … вымышленная. Так Павел тоже постоянно утверждал, что без Христа и вне Христа спасения нет.

    2. Но сложности увеличиваются, когда идет попытка объяснитьПавла с позиции Петра и наоборот :))

    ***Я спросил его — а как же китайцы, где больше миллиарда человек, но нет на материке православной миссии?
    Он, не сомневаясь, ответил, что они погибнут — ведь Бог знает их отклик, и если бы они были готовы откликнуться, он изменил бы всю историю ради них… И все это с такой характерной улыбкой…***

    А Вы знаете, я согласен с логикой аргумента. Просто под словом «погибнут» имеется ввиду не войдут в ЦАРСТВО МЕССИИ.

    1. Увы, для того пастыря погибнут — это окажутся в геенне огненной, никакого лимба он не предполагал.
      И я согласен, что некоторые вещи можно логически вывести (его система взглядов удивительно последовательна), и сам для себя ее принимаю. Но в отношении других надеюсь, Божий замысел превосходит логику.

Добавить комментарий