069 Суд и распятие Лк. 22:63-23:49

069 Суд и распятие Лк. 22:63-23:49

Однажды на Службе Страстных Евангелий я просто попытался проследить, что претерпел Иисус. Вот что у меня получилось:

  1. Лишение подобающей славы (чести),
  2. Отвержение со стороны официальных структур,
  3. Физическая боль,
  4. Издевательства и унижения,
  5. Глухота в ответ,
  6. Лишение имущества,
  7. Неправый суд от тех, кто и не имел морального права судить,
  8. Оставленность друзьями и близкими,
  9. Клевета.
  10. Отец был с Ним, поэтому Он мог это претерпеть. Однако был и момент, когда раздался крик «Элои, Элои! лама савахфани?» («Боже Мой! Боже Мой! Почему Ты Меня оставил?!»)

И обо всем этом мы прочтем в сегодняшнем тексте. Весь рассказ ставит перед нами множество вопросов.

  • Действительно ли мы хорошо понимаем человеческую природу, действительно ли человек добр? Если так, то откуда в мире столько жестокости?
  • Почему страдают праведные, и зачем потребовались такие страдания Сына Божия?
  • Можно ли что-то изменить в том миропорядке, в котором мы живем?

 

Напоминаю, прошлое чтение закончилось на том, что Иисуса отвели в дом первосвященника, и Петр трижды отрекся от Учителя.

22:63 Люди, державшие Иисуса, ругались над Ним и били Его;

64 и, закрыв Его, ударяли Его по лицу и спрашивали Его: прореки, кто ударил Тебя?

65 И много иных хулений произносили против Него.

 

Этой ночью Иисусу было не до сна. Люди архиерея ругались (цсл.), т.е. насмехались, издевались над ним. Они били Иисуса, и, закрыв Ему глаза, ударяли по лицу, требуя сказать, как их зовут. Время, когда все «шиворот-навыворот», продолжается: Иисуса, обладающего несомненным пророческим даром, уничижают как слепца.

(Ужас в том, что за двадцать веков христианской цивилизации мало что изменилось. И речь даже не о ГУЛаге. Сегодня мы слышим о пытках в колониях, об издевательствах в закрытых учреждениях–интернатах. И даже в, казалось бы, благополучных коллективах иногда встречаются случаи подобной травли. Что мы как христиане можем этому противопоставить?)   

  

66 И как настал день, собрались старейшины народа, первосвященники и книжники, и ввели Его в свой синедрион

 

Иисус представал перед судьями несколько раз.

Первый раз ночью у Анны, тестя первосвященника Каиафы. Анна интересовался учением Иисуса и учениками, но Иисус отказался с ним беседовать.

Затем ночью же был малый совет-синедрион у Каиафы. По устному закону, Мишне, ночью нельзя было вынести окончательный приговор. Но совет использует это время, чтобы провести дознание и  подготовить обвинения. Здесь не брезговали ничем: сначала выступали лжесвидетели, но неубедительно, и тогда-то Каиафа ухватился за версию с тем, что Иисус богохульствует, называя себя Христом, Сыном Благословенного.

(А разве сегодня из соображений политической целесообразности не подверстывают обвинения вопреки закону?) 

Утром состоялся большой совет, чтобы уже официально вынести смертный приговор. О нем нам и повествует Лука.

 

67 и сказали: Ты ли Христос? скажи нам. Он сказал им: если скажу вам, вы не поверите;

68 если же и спрошу вас, не будете отвечать Мне и не отпустите [Меня];

69 отныне Сын Человеческий воссядет одесную Силы Божией.

70 И сказали все: итак, Ты Сын Божий? Он отвечал им: вы говорите, что Я.

71 Они же сказали: какое еще нужно нам свидетельство? ибо мы сами слышали из уст Его.

 

Иудейские власти с самого начала заботятся не об истине, а об осуждении. На это и указывает им Иисус. С одной стороны, они не верили Его свидетельству. С другой, когда он пытался до них достучаться вопросами — как они относятся к Иоанну Крестителю, может ли Мессия быть просто сыном Давида (см. Лк. 20 гл.), — они отказывались размышлять над этим. Это разговор с глухими… 

Фразы «вы говорите», «ты сказал» не являются однозначными утверждениями. Вероятно, Иисус отвечает так, потому что, с одной стороны, Он – Мессия и Царь, и Он не хочет это отрицать. С другой – Он совсем не такой Мессия, как это представляется обвинителям. Чтобы подчеркнуть суть своего мессианства, Иисус приводит место из книги Даниила: «Видел я в ночных видениях, вот, с облаками небесными шел как бы Сын человеческий, дошел до Ветхого днями и подведен был к Нему. И Ему дана власть, слава и царство, чтобы все народы, племена и языки служили Ему; владычество Его — владычество вечное, которое не прейдет, и царство Его не разрушится» (Дан. 7:13-14). Им этого оказывается достаточно, чтобы осудить Его как лжемессию.

Поскольку иудеи были лишены права приводить приговор в исполнение, им пришлось обратиться к Пилату, сфабриковав политические обвинения против Иисуса.

 

23:1 И поднялось все множество их, и повели Его к Пилату,

2 и начали обвинять Его, говоря: мы нашли, что Он развращает народ наш и запрещает давать подать кесарю, называя Себя Христом Царем.

 

Обвинение состояло из трех пунктов. По их словам, Он а) развращает народ, т.е. учит отступать от Закона б) запрещает платить налоги в пользу Рима в) претендует на власть. До иудейского Закона Пилату было мало дела. Что касается налогов, сами ревнители из фарисеев учили, что не нужно поддерживать оккупантов. Иисус, напротив, призвал отдавать кесарю кесарево, а Божие – Богу (Лк. 20:25). И об этом, без сомнения, было известно Пилату. Оставалось третье обвинение.  

 

3 Пилат спросил Его: Ты Царь Иудейский? Он сказал ему в ответ: ты говоришь.

4 Пилат сказал первосвященникам и народу: я не нахожу никакой вины в этом человеке.

5 Но они настаивали, говоря, что Он возмущает народ, уча по всей Иудее, начиная от Галилеи до сего места.

6 Пилат, услышав о Галилее, спросил: разве Он Галилеянин?

7 И, узнав, что Он из области Иродовой, послал Его к Ироду, который в эти дни был также в Иерусалиме.

 

Пилат не осудил Иисуса по нескольким причинам. Во-первых, он действительно видел Его невиновность. Во-вторых, сохранилось предание, что жене Пилата был сон: не делать ничего этому человеку, иначе ее ждут страдания (Мф. 27:19). И он, как суеверный язычник, чувствовал смутный страх в этом деле. В-третьих же, как известно из истории, Пилат ненавидел иудеев, и желал досадить им, сделав все поперек их воле.

Сейчас, чтобы затянуть дело и снять с себя ответственность, он отправляет Иисуса к Ироду Антипе.

 

8 Ирод, увидев Иисуса, очень обрадовался, ибо давно желал видеть Его, потому что много слышал о Нем, и надеялся увидеть от Него какое-нибудь чудо,

9 и предлагал Ему многие вопросы, но Он ничего не отвечал ему.

10 Первосвященники же и книжники стояли и усильно обвиняли Его.

11 Но Ирод со своими воинами, уничижив Его и насмеявшись над Ним, одел Его в светлую одежду и отослал обратно к Пилату.

12 И сделались в тот день Пилат и Ирод друзьями между собою, ибо прежде были во вражде друг с другом.

 

Отправив Иисуса на суд к Ироду, Пилат как бы просит последнего об одолжении и признает его власть. Какие бы ни были между ними разногласия (например, в прошлом Пилат превышал свои полномочия, казнив подданных Ирода — Лк. 13:1), это не могло не польстить правителю Галилеи. Ирод уже утратил суеверный страх перед Иисусом и относится к Нему как к занятной игрушке, не более. Он не видит в нем не просто Сына Божия. Он не видит в нем даже человека.

(И опять, разве что-то сегодня поменялось? Разве не так власть относится к обычным людям, попавшим в маховик следствия?) 

Иисус, правда, отказывается даже отвечать Ироду, этому убийце пророков. А такие люди не любят, чтобы им сопротивлялись, и Иисус подвергается еще большему унижению. Насмешка над узником, которую могут позволить себе власть имущие (одел его в дорогую одежду как претендента на место в Римском сенате или царство), окончательно сближает бывших врагов, Пилата и Ирода.

 

13 Пилат же, созвав первосвященников и начальников и народ,

14 сказал им: вы привели ко мне человека сего, как развращающего народ; и вот, я при вас исследовал и не нашел человека сего виновным ни в чем том, в чем вы обвиняете Его;

15 и Ирод также, ибо я посылал Его к нему; и ничего не найдено в Нем достойного смерти;

16 итак, наказав Его, отпущу.

17 А ему и нужно было для праздника отпустить им одного [узника].

 

Пилат предлагает, проучив Иисуса легким бичеванием, отпустить Его. Это предложение показывает, что Пилат уже начинает сдавать позиции. Невиновного человека не нужно наказывать, и отпустить его нужно по закону, а не в результате праздничного помилования.

 

18 Но весь народ стал кричать: смерть Ему! а отпусти нам Варавву.

 

Перевод вопиюще неточен. В 18 стихе нет упоминания о народе, но есть упоминания о «всех» (подразумеваются те «все», что согласились убить Иисуса). Дело в том, что  у Луки есть толпа, охлос (греч.) — она переменчива. А есть народ, лаос (греч.) — это верующие, сначала, ветхозаветной Церкви, а потом и новозаветной. Лука как раз показывает, что народ, подлинный народ Божий,  не участвует в осуждении Иисуса. Народ слышит, как Пилат провозглашает Иисуса невиновным (ст.13-14), потом в 27 стихе идет за Иисусом подобно ученикам, вероятно, скорбя внутренне. И, наконец, в 35 стихе молча стоит и смотрит на распятие, не включаясь в издевательства иудейских начальников (возможно, именно отсюда пушкинская концовка «Бориса Годунова»: «народ безмолвствует»).

 

19 Варавва был посажен в темницу за произведенное в городе возмущение и убийство.

20 Пилат снова возвысил голос, желая отпустить Иисуса.

21 Но они кричали: распни, распни Его!

22 Он в третий раз сказал им: какое же зло сделал Он? я ничего достойного смерти не нашел в Нем; итак, наказав Его, отпущу.

23 Но они продолжали с великим криком требовать, чтобы Он был распят; и превозмог крик их и первосвященников.

 

Другие евангелисты рассказывают, как первосвященники начали шантажировать Пилата тем, что он поддерживает политического смутьяна и может быть обвинен в неблагонадежности перед Римом. Лука же показывает нам, что истина, увы, вовсе не всегда определяется мнением большинства, но голос большинства имеет значение.

 

24 И Пилат решил быть по прошению их,

25 и отпустил им посаженного за возмущение и убийство в темницу, которого они просили; а Иисуса предал в их волю.

 

Марк здесь описывает сцену жестокого бичевания и глумления над Иисусом, но Лука ее опускает, чтобы пощадить чувства читателя. Сегодня мы знаем об этом больше благодаря исследованиям Туринской плащаницы.

 

26 И когда повели Его, то, захватив некоего Симона Киринеянина, шедшего с поля, возложили на него крест, чтобы нес за Иисусом.

 

О Варавве мы ничего больше и не знаем помимо того, что сказано о нем в Евангелии. Зато история Симона продолжается в детях. Его сын Руф (Мк. 15:21), по преданию, упомянут как член римской общины христиан (Рим. 16:13). Вероятно, мимолетная встреча со страдающим, обесчещенным Иисусом, тем не менее, послужила обращению Симона.

 

27 И шло за Ним великое множество народа и женщин, которые плакали и рыдали о Нем.

 

Где же ученики? Некоторые комментаторы старались их оправдать, говоря об опасности оказаться рядом с политически осужденным. А Лука – сама деликатность! – просто опускает это, показывая, что все равно Иисус не остался без поддержки со стороны народа и женщин.

 

28 Иисус же, обратившись к ним, сказал: дщери Иерусалимские! не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших,

29 ибо приходят дни, в которые скажут: блаженны неплодные, и утробы неродившие, и сосцы непитавшие!

30 тогда начнут говорить горам: падите на нас! и холмам: покройте нас!

31 Ибо если с зеленеющим деревом это делают, то с сухим что будет?

 

Это пророчество о том, что произойдет с Иерусалимом в 70 г. В Библии дети – благословение от Бога, но ужасы грядущих времен столь велики, что блаженны неплодные, и  люди будут молить о том, чтобы сама земля защитила их от грядущих бедствий (ср. Ос. 9:14, 10:8). Если с Иисусом, мирным проповедником, происходит такое, что ждет народ бунтовщиков, народ, непослушный Богу?  

 

32 Вели с Ним на смерть и двух злодеев.

33 И когда пришли на место, называемое Лобное, там распяли Его и злодеев, одного по правую, а другого по левую сторону.

34 Иисус же говорил: Отче! прости им, ибо не знают, что делают.

 

Только Лука сохранил для нас эти слова Иисуса.

Когда последующие авторы будут обвинять иудеев в том, что они распяли Иисуса, будем помнить, во-первых, об указанной выше роли простого народа, а во-вторых, о молитве Самого Иисуса. 

Эти слова важны еще и потому, что открывают нам служение Иисуса как Ходатая. «Отец, прости им!» — это то, ради чего Иисус восходит на Крест. Чтобы наши грехи были прощены. Чтобы общение с Богом было восстановлено. 

 

И делили одежды Его, бросая жребий.

 

В этом тексте много аллюзий на Ветхий Завет. Совещание первосвященников, Ирода и Понтия Пилата отсылает к Пс. 2:2: «Восстают цари земли, и князья совещаются вместе против Господа и против Помазанника Его». Распятие — к Пс. 21: « Можно было бы перечесть все кости мои; а они смотрят и делают из меня зрелище; делят ризы мои между собою и об одежде моей бросают жребий» (Пс.21:18,19). А злодеи – это те злодеи, к которым должен быть причтен раб Господень  (Ис. 53)…

 

35 И стоял народ и смотрел. Насмехались же вместе с ними и начальники, говоря: других спасал; пусть спасет Себя Самого, если Он Христос, избранный Божий.

36 Также и воины ругались над Ним, подходя и поднося Ему уксус

37 и говоря: если Ты Царь Иудейский, спаси Себя Самого.

38 И была над Ним надпись, написанная словами греческими, римскими и еврейскими: Сей есть Царь Иудейский.

 

Как легко все, от начальства до простых охранников, оказываются увлечены издевательствами, как это, оказывается, заразно! И даже вроде бы добрый жест (напоить жаждущего дешевым вином) становится поводом для насмешки: «Посмотрите, какое вино подают Царю!»

 

39 Один из повешенных злодеев злословил Его и говорил: если Ты Христос, спаси Себя и нас.

40 Другой же, напротив, унимал его и говорил: или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же?

41 и мы [осуждены] справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал.

42 И сказал Иисусу: помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!

43 И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю.

 

Только у Луки сохранена эта сцена с благоразумным разбойником. Комментаторы обращают внимание, что у Марка и Матфея разбойники вдвоем злословили Иисуса. Почему же Лука говорит иначе? Было высказано мнение, что один из разбойников под влиянием и собственных страданий, и того, как Иисус ведет Себя, обращается прямо здесь. Даже Крест не является препятствием для того, чтобы Иисус мог выполнить то, зачем пришел: спасти людей. (Собственные страдания праведников — не препятствия к тому, чтобы помогать тем, кто в нужде).

Заметим, разбойник не просит многого. Он просто просит вспомнить о нем. И не остается неуслышанным.

Один верующий жаловался другу о том, что чувствует свою греховность, нуждается в исповеди и не готов в данный момент к служению. Тот ответил: «Бог может очистить в одно мгновение. Ты, как разбойник на Кресте, обратись к Нему». И действительно, молитва была услышана.

 

44 Было же около шестого часа дня, и сделалась тьма по всей земле до часа девятого:

45 и померкло солнце, и завеса в храме раздралась по средине.

 

Внезапно поднялась песчаная буря, заслонившая солнце. Завеса в Храме, служащая напоминанием о границе священного и мирского, разодралась надвое. Это предвещало и скорый конец ветхозаветного храмового культа, и наступление нового времени, служения в духе и истине, принесения духовных жертв в сердце.

 

Вот как момент Распятия переживается в богослужении Церкви (песнопение «Днесь висит на древе»): 

 

46 Иисус, возгласив громким голосом, сказал: Отче! в руки Твои предаю дух Мой. И, сие сказав, испустил дух.

 

Иисус на Кресте открывал свои уста семь раз (впоследствии это стало темой и проповедей, и интерпретаций в музыке). Лука приводит эти возгласы лишь частично, и не видит надобности в том, чтобы передавать своим читателям всю агонию Креста. Его читатели хорошо знали, что происходит с распятыми. Мы слышим уже последний вздох Иисуса. Несмотря на страдания, хочет показать нам Лука, Иисус не разочаровался в Отце, и Его смерть больше похожа на то, чтобы уснуть на руках у Него. 

 

47 Сотник же, видев происходившее, прославил Бога и сказал: истинно человек этот был праведник.

48 И весь народ, сшедшийся на сие зрелище, видя происходившее, возвращался, бия себя в грудь.

49 Все же, знавшие Его, и женщины, следовавшие за Ним из Галилеи, стояли вдали и смотрели на это.

 

Мы видели, что Лука нередко показывает, как разделяются люди относительно Иисуса. Так же происходит и здесь. С одной стороны, политиканствующие священнослужители, загнанный в угол Пилат и  издевающийся Ирод. С другой – римский офицер, исповедующий Иисуса праведником, простой и верный народ, скорбящие  женщины. Но и это еще не все. Даже среди членов Синедриона оказываются верные Иисусу люди:

 

50 Тогда некто, именем Иосиф, член совета, человек добрый и правдивый,

51 не участвовавший в совете и в деле их; из Аримафеи, города Иудейского, ожидавший также Царствия Божия,

52 пришел к Пилату и просил тела Иисусова;

53 и, сняв его, обвил плащаницею и положил его в гробе, высеченном [в скале], где еще никто не был положен.

54 День тот был пятница, и наступала суббота.

55 Последовали также и женщины, пришедшие с Иисусом из Галилеи, и смотрели гроб, и как полагалось тело Его;

56 возвратившись же, приготовили благовония и масти; и в субботу остались в покое по заповеди.

 

Наступает время Субботы, покоя. Побудьте с этим текстом. Возвращайтесь к нему. Пусть образ Иисуса, запечатленный в нем, станет для вас ответом, примером, и источником надежды.

Добавить комментарий